В 1937 году в США, когда рассматривалось более тысячи претендентов на звание "Человек года", этот титул присудили Владимиру Ипатьеву, профессору химии Чикагского университета и Директору Лаборатории катализа и высоких давлений (теперь - его имени). В 1939 году ему, члену Национальной Академии США, вручили высшую награду Французского химического общества - медаль имени А. Лавуазье. В ноябре 1942 г. в США отмечалось его 75-летие и полвека научной деятельности. На торжественном заседании, организованном по этому поводу Американским химическим обществом, нобелевский лауреат Р.Вильштеттер сказал: "Никогда за всю историю химии в ней не появлялся более великий человек, чем Ипатьев."

К Владимиру Ипатьеву титул великого химика перешел от Дмитрия Менделеева. Имя Дмитрия Ивановича Менделеева знают все: его труды и книги о нем изданы многотысячными тиражами, в его честь - премии, научные общества, институты, улицы, города. А Владимир Николаевич Ипатьев полвека именовался "невозвращенцем", что на советском языке означало "враг", "предатель", "изменник Родины".Крупнейший ученый, действительный член Российской академии наук с 1916 года, профессор Артиллерийской академии, председатель Химического комитета Главного артиллерийского управления, генерал-лейтенант царской армии, он перешел на службу советской России.

Его назначают членом и Президиума Высшего Совета Народного Хозяйства, и Госплана, поручают важный пост в Народном Комиссариате по военным делам. Он ведет активнейшую работу по развитию химической промышленности и созданию новых исследовательских институтов, интенсивно развивает собственную научную школу, часто с широкими полномочиями выезжает за рубеж.

Наступает 1936 год. Маховик террора раскручивается все больше и больше. Реально оценивая ситуацию в СССР, академик Ипатьев, находящийся с 1930 года в долговременной научной командировке за рубежом, в ответ на целую серию грозных посланий с требованием вернуться 1 декабря 1936 года пишет письмо Непременному Ученому секретарю АН СССР Николаю Горбунову: "Я прошу заявить Президиуму Академии Наук, что я не оставлял надежды приехать в СССР, но:я фактически не могу это выполнить:"

Владимир Николаевич отличнейшим образом понимал,что письма от Академии Наук, выдержанные в такой тональности, - это фактически ордер на его арест. Во-первых, до него, естественно, дошли сведения о том, что с1929 году все "невозращенцы", независимо от того, когда они покинули СССР, объявлялись вне закона. Во-вторых, еще раньше,когда он был в Москве, его самого несколько раз вызывали в ГПУ. В-третьих, он знал, что очень много его сослуживцев, учеников и коллег уже растреляны или сосланы в гибельные лагеря.

Разумеется, 70-летнему академику Ипатьеву решение стать "невозвращенцем" далось нелегко.Помимо того, что он был воспитан в духе патриотизма и очень много сделал на благо России и Советского Союза, Владимир Николаевич понимал, что его оставшиеся на другом берегу дети, ученики и друзья - они все до одного становятся заложниками и их всех ждет тяжелое обвинение в "связях с предателем".

Увы, худшие предчувствия Владимира Ипатьева сбылись. В VII томе американского "Справочника биографий ученых", конечно, есть статья и о В.Н.Ипатьеве. Как принято, указываются наиболее яркие представители его научной школы, его "дети в науке". В списке - семь имен, первое - Григорий Разуваев, последнее - Владимир Владимирович Ипатьев, сын академика.

"Заключить в исправтрудлагерь сроком на десять лет :,"- это из решения Коллегии ОГПУ о Григории Алексеевиче Разуваеве. Его, будущего академика, лауреата Ленинской и Государственных премий, в лагере пытались сломить не только физически, но и психически, устроив исключительно правдоподобную имитацию расстрела.

К Владимиру Ипатьеву-младшему "органы" подкрадывались еще с начала 30-ых. Много незабываемо-горьких минут ему пришлось пережить в декабре 1936 года, когда он был на Общем собрании АН СССР, где его великого отца заочно исключали из Академии Наук. Из воспоминаниий еще одного ученика Владимира Николаевича - профессора Михаила Немцова, будущего лауреата Ленинской премии: ":5 июля 1941 года до меня дошла, по-видимому, длинная очередь "обезвреживания врагов народа": Одновременно был арестован и профессор В.В.Ипатьев, сын прославленного русского ученого В.Н.Ипатьева... Потом я видел его в тюремной больнице. Он был в крайне тяжелом состоянии, почти не мог вставать с кровати". Из множества учеников академика репрессии не коснулись только единиц.

Переехавший в 1938 году из Германии в США академик Ипатьев вплоть до своей смерти в 1952 году жил в гостинице близ Чикаго (штат Иллинойс). Он не хотел иметь в чужой стране ни дома, ни даже машины и ездил на автобусе на работу в лабораторию и университет.

       Мировая слава, всеобщее признание его научных заслуг, десятки высоких наград и почетных титулов не могли скрасить грустную жизнь Владимира Николаевича и его супруги Варвары Дмитриевны.От русской эмиграции они были очень далеки.У некоторых фамилия Ипатьева вызывала неприятные ассоциации: царская семья была расстреляна в подвале дома Николая Николаевича Ипатьева, брата Владимира Николаевича.

       Старший сын академика Ипатьева - Дмитрий, храбрый боевой офицер, погиб в 1 Мировую войну. Средний сын Николай в Гражданскую войну воевал на стороне белых. Случайно встретившись с отцом в Париже в начале 20-ых годов, он отказался даже подать руку отцу, приехавшему с мандатом, подписанным красными вождями. Позднее, занимаясь испытанием разработанных им средств против тропических заболеваний, Николай погиб в Африке.

       Даже из той скудной информации, которая очень изредка доходила до Владимира Николаевича из СССР, академик мог составить себе представление, сколь тяжело его детям, оставшимся за железным занавесом.

       Дочь Анна в 1958 году погибла от тяжелой наследственной болезни, от которой самого Владимира Николаевича спасли за границей, сделав ему в 30-ых годах удачную операцию. Владимир Ипатьев-младший, освободившийся из заключения в июле 1946 года, умер совсем нестарым, пережив отца только на три года.

       Владимир Ипатьев навсегда сохранил горячую любовь к России, что проявлялось и в том, что, продавая свои многочисленные патенты на изобретения (их было около трехсот), Владимир Николаевич всегда оговаривал право СССР ими безвозмездно пользоваться, а также делал много безуспешных попыток договориться с властями СССР об условиях возможного возвращения на Родину. "Невозвращенец" был проклят Советской властью и как бы перестал для нее существовать. Его исключили из числа академиков. Его труды изъяли из всех библиотек. На его работы было запрещено ссылаться. Его имя подлежало полному забвению и не должно было нигде и никогда упоминаться. За переписку с ним назначались зверские лагерные сроки.

       Ипатьевы трижды, начиная с 1944 года, обращались в Посольство СССР с просьбой разрешить им вернуться. Посол Громыко и московские власти были неумолимы: "Ипатьев повел себя антипатриотично". Времена меняются, и в 1990 году Академия Наук СССР сочла для себя за честь снова включить - хотя бы посмертно - в списки своих действительных членов Владимира Николаевича Ипатьева.